Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: готика-эстетика (список заголовков)
21:10 

Викторианский пин-ап.

ХХХ
Если бы я делала свой сайт, он выглядел бы так, как этот. И если б мне хватило мастерства, я б оформила так этот дневничок даже. И если бы я делала коллажи, делала бы их так.

и еще вот так:

Хотя слишком рафинированно и слишком много голых лолей, но смысл ясен.
www.bajema.com/

@темы: Готика-Эстетика, ссылки

12:25 

John Baizley. Треш - гламурный и графичный.

ХХХ

Рисует обложки для дисков кроме всего прочего. Творчество содержит элементы модерна и современных японских графиков, но в целом складывается ощущение, что мужичок старается переплюнуть по трешу всех свихнувшихся на смерти японцев, вместе взятых. Старается, но хрен их переплюнешь, этих маленьких засранцев.
Живет на Майспейс www.myspace.com/johndyerbaizley


Только умоляю, не сравнивайте его с Альфонсом Мухой, это совсем не смешно уже >< Хотя в современной графике мотивы всего во всем.

@темы: Готика-Эстетика, Мерзость, искусство, ссылки

10:03 

Art Deco от Роман Тыртов (Erte)

ХХХ
Все, нет мне смысла жить дальше и что-то делать. Этот человек все сделал за меня. Тема АрДеко на нем может быть закрыта, так как полностью исчерпана. Идти дальше некуда. Люди воистину все уже сделали в искусстве, что могли.

Один из самых блистательных персонажей художественной сцены XX века Роман Петрович Тыртов начал свою головокружительную карьеру графика, скульптора и художника моды в эпоху, когда сам воздух был насыщен легендами и утопиями. То был Серебряный век - время безудержного карнавала, великолепного маскарада, когда в изысканном ритме модерна переплелись и закружились персонажи всех эпох и культур. Время,когда за каких-нибудь два десятилетия искусство совершило пробег от античности до футуризма.

Эрте – это псевдоним. Настоящее имя одного из самых успешных художников ХХ века – Роман Петрович Тыртов. Потомок старинного русского рода, берущего начало от татарского хана Тырта, он стал известен всему миру под псевдонимом Эрте, который взял, «чтобы не позорить семью».

Эрте работал в стиле ар-деко всю свою 98-летнюю жизнь.

Интересно то, что Эрте-художник впитал абсолютно все традиции раннего и позднего искусства - от эстетствующего русского декаданса до восточной миниатюры и строгой античности. Большое влияние на него оказали художники из «Мира искусства». Но, где у русских декадентов ощущалось упадническое настроение и даже трагизм, хоть и в лирическом контексте (взять того же Велимира Хлебникова в поэзии: «Облакини плыли и рыдали... над высокими далями далей» или бледных коломбин художника Константина Сомова, ностальги-рующего по прошлому), там Эрте становится сторонним наблюдателем, умиляющимся при взгляде на продукт своей эпохи. Он обожает ощущение праздника, стройные дамские силуэты, сплетения жемчужных нитей, запрокинутые руки и тонкие обрисы чаровниц, но его образы несут жизнеутверждающее настроение. Известно, что «Русские сезоны» Сергея Дягилева потрясали Париж именно обилием бархата и жемчугов, обнаженными плечами в костюмах, созданных Львом Бакстом и Александром Бенуа. Но однажды Эрте, получивший персональное предложение поставить «Спящую красавицу» от самого Дягилева, отказался, предпочтя более выгодный американский проект. Он был современником самых разноречивых течений в искусстве и литературе - символизма, акмеизма, футуризма, кубизма, сюрреализма и поп-арта, но во все времена оставался приверженцем одного только стиля - ар деко. Даже после Второй мировой, во времена расцвета абстракционизма, его творчество было еще слишком популярным для того, чтобы он думал изменить своему стилю.




В 1962 году Эрте исполнилось 70 лет, и он был по-прежнему полон творческих замыслов. Именно в эти годы он начал тиражировать свои рисунки 1920-1930-х годов в технике литографии, а затем и сериграфии. Первый альбом, опубликованный в 1968 году, был посвящен числам. Впоследствии эти листы легли в основу оригинальных игральных карт, заказанных табачными фирмами Данхилл и Гэллахер. В технике литографии был издан и знаменитый «Алфавит», созданный в 1920-е годы.


В 1960-е гг. художник обратился к новому для себя виду искусства - скульптуре. Персонажи его ранних рисунков 1920-30-х гг. как будто ожили и застыли в движении танца, переместившись в трехмерное пространство. Обольстительные силуэты амазонок, одалисок, изящные нимфы и курильщицы опия из серии «Изобразительные формы» сохранили свои оригинальные размеры и пропорции. Но скульптура как жанр существует по другим законам. Каждая работа, по мнению Эрте, нуждалась в дополнительном фоне, превращаясь в самостоятельную выразительную композицию. Он лично доводил образ до совершенства, добавляя или отнимая детали, вносил пикантные штрихи в костюмы персонажей и создавал для фигурок изысканные постаменты. Бронза подвергалась тщательной обработке, покрывалась цветной патиной, золотом и серебром. Здесь требовалась даже другая цветовая палитра, гораздо более
яркая и насыщенная, чем в графике.


allday.ru/index.php?newsid=173113 - на аллдее, закачать сотни картинок и фоток
www.erte.ru/ - официальный сайт

@темы: искусство, Готика-Эстетика, ссылки

14:49 

Сеть.

ХХХ
Она опутывает все, стягивая тяжелыми узлами. Задевает полупрозрачными неоновыми нитями.. Скользит вдоль запятий, разделяя воздух шевелением ветра... Серебрянная нить - сетка молний, загоревшихся от искры, выбитой скрешенными рапирами узких зрачков на дне прозрачных, холодных глаз... Словно перепончатые кружева крыльев не то мертвой, истлевшей бабочки, протершейся о дыр, не то высохшей кожи между пальцами нетопыря. Цепляется обрывками эмоций... Протягивается от человека к человеку, как ниточки слюны после влажного, горячего, полного похоти поцелуя.
Взять в пальцы. Намотать на запястье, на руку, покрыть предплечье кружевными перчатками всемирной паутины. Поцеловать ядовитым укусом вампира, висящего вверх ногами под потолком. Соединить весь мир слюной. И повиснуть в центре, закутавшись в кокон центростремительных нитей.

@темы: Готика-Эстетика

00:06 

lock Доступ к записи ограничен

ХХХ
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
19:57 

Глаза из самого синего льда.

ХХХ
Холод.
Фото товарища

Я тебя дожидаюсь в ванной.
Ты не хочешь ко мне подняться.
Сколько ждать ещё, мой желанный?
Я хочу тебя вновь бояться.
(с) Otto Dix

@темы: Готика-Эстетика

10:29 

Вечная осень.

ХХХ
Вам когда-нибудь приходилось любоваться трупиком засохшей бабочки? А засушенным цветком – плоским, ломким, засушенным между страниц книги, или розой, приятно-потускневшей, объемной, словно живой, но более скромной, не режущей глаз яркими красками? И, конечно, осенние листья. Вечная, застывшая красота.
Не оттого ли в человеческом сознании тусклые краски ассоциируются с печалью? Лето вызывающе, вульгарно-яркое, кричащее, дисгармоничное. Осень – гармония цветов, идеальная сочетаемость. Дорогие вещи не бывают яркими. Искусство не бывает вульгарным. Тусклые цвета, меж которыми стерта граница, единообразие, которое порождает гармонию. Живопись не терпит сочных пятен – по крайней мере, классическая живопись, которая подражает природе.
Только в отсутствии жизни можно сохранить красоту. Старость, тлен, повреждения – се это атрибуты жизни. Поэтому создаются чучела, заспиртованные препараты, забальзамированные тела, одно из которых, кстати, лежит в центре самого богатого города мира. Попытка человека быть вечным. Попытка других людей сохранить то, что было для них самым дорогим – хотя бы в виде изрядно изуродованного воспоминания. Спокойствие есть гармония, а где больше спокойствия, чем на забальзамированных лицах, мумифицированных головах? Великие мастера Возрождения боялись спокойствия, оно напоминало им о смерти, где нет движении, нет изменения, - но нет и ярости, и гримас боли, и вожделения, и разочарования. Именно поэтому религия казалась им смертью, но разве в конечном итоге смерть – это не вечная жизнь? Агрессия, желание, любая эмоция – это протуберанец на поверхности светила, кривизна, искажающая идеальную форму сферы. На ликах мертвых мы видим истинную суть жизни.
Именно поэтому я люблю Лавкрафта – эти вечные описания тлена, высохших трупов в хорошо-вентилируемых склепах, мумий, извлекаемых из гробниц. Холод и постоянство, ветер и сухая трава. Большинство любит осень – она вечна. Она пахнет покоем, который мы испытывали, сидя у матери на коленях.
Этот ребенок никогда не жил – повезло ему. Детям никогда не было легко, по крайней мере в нашем мире – ни в прежние времена, ни сейчас. Может быть, это был выкидыш, он даже не успел сделать первый вздох, даже не увидел солнца – беспощадного, ослепляющего, преследующего всю жизнь, как вина. Он останется вечно беззащитным, вечно-трогательным в своей вечной колыбели, и мать никогда не разлюбит его, потому что он останется вечно-невинным. Он не проснется. Ему снится осень. Я смотрю на засушенную тетеревиную лапку и вспоминаю день, когда мы вместе любовались мотыльком под стеклом.

@темы: Готика-Эстетика

21:45 

Вдох и выдох.

ХХХ

Замок Безумия

главная